|
||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||||
|
Актриса перенесла операцию по удалению молочной железы, чтобы предотвратить риск развития рака груди. Чтобы помочь другим женщинам, оказавшимся в схожей ситуации, она решила рассказать о перенесенном.
«Моя мать сражалась с раком почти десять лет и умерла в возрасте 56 лет. Она продержалась достаточно долго, чтобы дождаться первых внуков и подержать их у себя на руках. Но остальные мои дети навсегда лишены возможности узнать бабушку и то, насколько любящим и добрым человеком она была.
Мы часто говорим о бабушке, и я пытаюсь рассказать детям о той болезни, которая отняла ее у нас. Они спрашивают, может ли то же самое случиться со мной. Я всегда говорю, что им не о чем беспокоиться, однако правда заключается в том, что я несу в себе «бракованный» ген BRCA, который существенно увеличивает риск появления у меня рака груди и яичника.
Врачи оценивали риск появления у меня рака груди в 87%, а рака яичника в 50%, хотя степень риска у каждой женщины разная».
Лишь малая часть заболеваний раком груди становится результатом унаследованной мутации генов. Те, у кого имеются дефекты в BRCA1, могут заболеть им со средней вероятностью в 65%.
Когда я узнала, что меня может ждать, я решила действовать в упреждающем порядке, дабы по мере возможности свести риск до минимума. Я приняла решение об операции по двойной ампутации молочной железы. Я начала с груди, поскольку риск появления рака груди у меня гораздо выше, чем риск заболевания раком яичника, и потому что эта операция более сложная.
27 апреля я закончила трехмесячный курс медицинских процедур, которые необходимо провести перед мастэктомией. Все время мне удавалось держать это в тайне, и я продолжала работать.
Но я решила написать об этом в надежде на то, что мой опыт пойдет на пользу другим женщинам. Рак это до сих пор то слово, которое вселяет страх в сердца людей и порождает глубокое чувство бессилия. Но сегодня путем проведения анализа крови вполне можно узнать, насколько вы подвержены опасности рака груди и яичника, и затем принимать соответствующие меры.
Свои процедуры я начала 2 февраля с терапии, позволяющей исключить возникновение болезни в грудных протоках за сосками и увеличить приток крови в эту область. Это немного болезненно, появляются гематомы, но такая процедура позволяет спасти сосок.
Спустя две недели мне сделали основную операцию, удалив ткани груди и поставив временные наполнители. Операция длилась восемь часов. Ты приходишь в себя, а в груди у тебя дренажные трубки и расширители. Похоже на сцену из научно-фантастического фильма. Но спустя несколько дней после операции ты возвращаешься к нормальной жизни.
Спустя девять недель после этого проводится завершающая операция с целью восстановления груди при помощи имплантанта. За последние несколько лет эта операция была существенно усовершенствована, и результаты могут оказаться просто чудесными.
Я решила написать об этом и рассказать другим женщинам, что принять решение о проведении мастэктомии мне было непросто. Но я счастлива, что согласилась на эту операцию. Шансы на возникновение у меня рака груди снизились с 87 до 5%. Теперь я могу сказать своим детям, что они могут не бояться потерять меня из-за этой болезни.
Хорошо, когда они не видят ничего такого, что вызывает у них неловкость. Они могут увидеть мои маленькие шрамы — и только. Все остальное — это просто мама, такая же, какой она была всегда. Они знают, что я люблю их и сделаю все возможное, чтобы оставаться с ними как можно дольше. Что до личного, то я ощущаю себя женщиной ничуть не меньше, чем прежде. Я чувствую в себе силы благодаря тому, что сделала такой решительный выбор, который ни в коей мере не уменьшает мою женственность».
© РИА Новости.